В одной хасидской общине провожали субботу, и у главного ребе разбился стакан. Его жена принесла метёлку и смела осколки.

— Убери метёлку, — сказал ей ребе, — а то мои хасиды подумают, что во время проводов субботы она обязательно должна стоять у стола.

С тех пор прошло уже много лет. Старый ребе давно умер. Но хасиды до сих пор каждую субботу приносят к субботнему столу метёлку и через минуту уносят её обратно.

У одного хасидского Мастера всегда лежала рядом книга. И он никому не разрешал заглядывать в неё. Когда никого не было поблизости, он закрывал окна и двери, и люди думали: «Теперь он читает». А когда кто-то приходил, он бережно отставлял книгу подальше. Он запрещал даже касаться её! И конечно, все сгорали от интереса.

Когда Мастер умер, первое, что сделали его ученики, — ведь никто уже не мог запретить им, — они бросились к таинственной книге; она, должно быть, содержала нечто значительное. Но, открыв её, они очень разочаровались. Лишь на первой странице было что-то написано, остальные же были совершенно пусты.

На первой странице было написано лишь одно предложение:

«Когда вы способны стереть различие между оболочкой и содержимым — вы становитесь мудрым».

Хозяин пригласил мастера покрасить лодку. Во время работы лодочник заметил дырку в днище, заделал её, закончил покраску, получил деньги и ушёл. А на другой день к нему примчался хозяин лодки.

— Вот вам деньги за починку, — сказал он и протянул кошелёк с золотом.

— За что? — удивился мастер. — Я получил сполна!

— Да, — подтвердил хозяин. — Но то были деньги за покраску лодки, а эти я плачу за ремонт.

— За такой пустяк? — изумился лодочник. — Это отняло у меня немного времени. Я и не думал просить деньги за такую мелочь.

— Эта мелочь, как вы её называете, — ответил хозяин лодки, — спасла жизнь моим детям. Я позабыл о дыре, расплатился с вами и ушёл по делам. А дети тем временем взяли лодку и уплыли в море. Я был в отчаянии, думал, они погибли! А когда дети благополучно вернулись, выяснилось, что их спасением мы обязаны вам.

Один человек спросил Баал Шема:

— Что является более важным и ценным: богатство или мудрость?

Спрашивающий имел свои собственные соображения на этот счёт. Поэтому Баал Шем засмеялся и сказал:

— Конечно же, более значительной и более ценной является мудрость.

Человек сказал:

— Тогда, Баал Шем, скажите, почему вы, мудрый человек, ходите в дома богатых людей, но я никогда не видел, чтобы богатые люди ходили в ваш дом?

Баал Шем улыбнулся и сказал:

— Да, мудрые люди ходят к богатым, потому что они мудры и знают цену богатству, а богатые — это просто богатые и ничего больше. Они не могут понять цену мудрости.

Однажды хасидим спросили своего ребе, Элимелеха из Лизенска, уверен ли он, что ему уготовано место в Грядущем мире.

— Какие могут быть сомнения!? — ответил тот, без малейших колебаний.

— А откуда такая уверенность, ребе?

— Умерев в этом мире, мы предстанем пред небесным судом, и божественные судьи станут спрашивать о Торе, авода и мицвос. Если ответить на эти вопросы как следует, попадёшь в Грядущий мир.

— И ты знаешь эти вопросы, ребе? — спросили ученики.

— Да.

— И знаешь, как отвечать?

— Да.

— И скажешь нам ответы?

— Вопросы одинаковы для всех. А отвечать каждый должен по-своему. Но я могу рассказать вам, что намерен говорить судьям я. Они спросят: «Ребе, изучал ли ты Тору так, как мог бы?» Я честно отвечу: «Нет». Потом спросят: «Ребе, до конца ли ты отдавался Богу в молитве?» И я снова честно отвечу: «Нет». И в третий раз спросят: «А соблюдал ли мицвос и при всякой ли возможности творил добрые дела?» Конечно, я отвечу: «Нет». И тогда мне скажут: «Что ж, выходит, ты не лжив. И уже хотя бы за это — добро пожаловать в Грядущий мир».

Однажды в Дни Трепета святой каббалист Ицхак Лурия услышал Бат Кол Голос сказал, что, как ни велико молитвенное рвение Ицхака, в соседнем городе есть человек, превосходящий в искусстве молитвы даже его. Лурия, не мешкая, отправился в тот город и отыскал того, о ком ему было сказано.

— Я слышал о тебе удивительные вещи, — произнёс Лурия. — Ты учёный? Изучаешь Тору?

— Нет, — ответил мужчина, — у меня не было возможности учиться.

— Должно быть, ты мастер Псалмов, гений богослужения, вкладывающий в молитву необыкновенную силу.

— Нет. Конечно, я много раз слышал Псалмы, но не знаю на память ни одного из них.

— И всё же, — воскликнул Лурия, — я знаю, что твоя молитва своей силой превосходит даже мою. Что же ты сделал в Дни Трепета, чтобы заслужить такую похвалу?

— Рабби, — услышал он в ответ, — я неграмотен. Из двадцати двух букв алеф-бейс я знаю только десять. Когда я вошёл в синагогу и увидел единоверцев, страстно предающихся молитве, сердце едва не разорвалось в моей груди. Но ведь я не знаю ни одной молитвы. И тогда я сказал: «Рибоно шел Олам! Алеф, бейс, гимел, далет, хе, вав, зайн, хет, тет, йод — вот все буквы, которые мне известны. Соедини их по Своему усмотрению, да принесут они Тебе радость». Затем я стал попросту снова и снова повторять эти буквы, а там уж Бог, надеюсь, Сам из них сложит нужные слова.

В одном городе жил старец, знаменитый своей мудростью, почтенного возраста, но очень бедный. Однажды царь услышал о мудрости этого старца и сообщил ему, что желает посетить его в его доме и послушать его слова.

— Чем же мы будем угощать царя? — спросила его жена. — У нас дома почти ничего нет!

— Принесёшь то, что у тебя есть, и сделаешь так, как я тебе скажу, — ответил старец.

Когда царь пришёл, жена старца принесла арбуз. Хозяин взял арбуз в руку, ощупал его пальцами и сказал жене:

— Есть арбуз лучше этого. Пойди и принеси его.

Жена унесла арбуз, потом вернулась, и в руках у неё был снова арбуз. Старец и его ощупал и сказал ей унести этот и принести другой. Жена ничего не ответила и сразу сделала, как он сказал. На этот раз муж остался доволен. Он разрезал арбуз и подал царю угощение. После беседы со старцем царь вернулся к себе во дворец весёлый и довольный гостеприимством, которое проявил старец. Он и не знал, что в доме у старца был всего один арбуз…

Здравствуйте Вам!